Ипотечное кредитование уже достаточно неплохо укоренилось в нашей стране за предыдущие несколько лет. Многие люди уже не боятся оформлять огромную сумму в кредит на продолжительный период. Это и не удивительно, так как, банки выдавали большие суммы наличных на продолжительный период и под малые проценты.
Сейчас, в период мирового кризиса, ипотечное кредитование в нашей стране постепенно умирает.
Из массы банков, предоставлявших ипотеку на покупку квартир, остались единицы! Проценты взлетели с 7-9 процентов до 22-24 процентов в год!
В итоге взять ипотеку пожелают и потянут только довольно обеспеченные граждане. А подобных граждан у нас не особо и много. Делать наиболее выгодные условия для заемщиков катастрофически не выгодно банкам, а брать кредит под нереально большие проценты, очень убыточно человеку. Да и еще, большая вероятность того, что заемщик будет не в состоянии вовремя гасить проценты по ипотечному кредитованию.
Как раз из-за подобных непогашенных платежей ипотечное кредитование в нашей стране быстро угасает. Ведь ипотека подразумевала под собой доступное жилье для всех слоев населения, а теперь получить ее могут исключительно те, кто и так в ней не нуждается. Остается ждать, что скоро все стабилизируется.
Александр Степанович ГринТом 3. Алые паруса. Блистающий мир. Рассказы.
Тарт молчал. Прежний, сказочный, блестящий туман — вихрь, звучащий невнятными голосами, поплыл в его голове, было ему и чудно и страшно.
— Так вы думаете — не от желудка? — несмело произнес он, подняв голову. — Хорошо. Я пойду, схожу в город. А что такое город — по-настоящему?
— Город? — сказал Дрибб. — Но говорить вам о том, что толковать слепому о радуге. Во всяком случае, вы не раскаетесь. Кто там? — и он встал, потому что в дверь постучали.
Вошедший подмигнул Дриббу, швырнув на стол двух роскошных бобров, и хлопнул по плечу Тарта. Это и был Энох, маленький худощавый старик с непередаваемо свежим выражением глаз, в которых суровость, свойственная трудной профессии охотника, уживалась с оттенком детского, наивного любопытства; подобные глаза обыкновенно бывают у старых солдат-служак, которым за походами и парадами некогда было думать о чем-либо другом. Энох, увидев сына, обрадовался и поцеловал его в лоб.
— Здравствуй, старик, — сказал Тарт. — Где был?
— Потом расскажу. Ну, а ты как?
— Энох, сколько вы хотите за мех? — сказал Дрибб. — Торгуйтесь, да не очень, молодому человеку нужны деньги, он едет пожить в город.
— В город? — Энох медленно, точно воруя ее сам у себя, снял шапку и, перестав улыбаться, устремил на сына взгляд, полный тяжелого беспокойства. — Сынишка! Тарт!
— Ну, что? — неохотно отозвался юноша. Он знал, что старик уже качает головой, и избегал смотреть на него.
Голова Эноха пришла в движение, ритмически, как метроном, падала она от одного плеча к другому и обратно. Это продолжалось минуты две. Наконец старик погрозил пальцем и крикнул:
— Не будь олухом, Тарт!
— Я им и не был, — возразил юноша, — но что здесь особенного?
— Ах, Дрибб! — сказал Энох, в волнении опускаясь из кровать. — Это моя вина. Нужно было раньше предупредить его. Я виноват.
— Пустяки, — возразил Дрибб, с серьезной жадностью в глазах глядя на пушистых бобров.
— Тарт — и вы, Дрибб… нет, Дрибб, не вам: у вас свой взгляд на вещи. Тарт, послушай о том, что такое город. Я расскажу тебе, и если ты после этого все же будешь упорствовать в своем безумстве — я не стану возражать более. Но я уверен в противном.
0uqkjdy
Страна просит экстренной гуманитарной помощи от международного сообщества. Дэвид Духовны: “Я любящий, нетерпимый и безрассудный отец”. Владимир Путин утвердил новым главой Росавиации Геннадия Курзенкова.
